?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

В 2011-м году в США было переиздано 4-х томное собрание сочинений Хайнца Кохута (ссылки, по которым можно приобрести книги, внизу поста).
По ходу знакомства с наследием данного психоаналитика я буду публиковать краткие конспекты наиболее интересных для меня работ (несколько постов уже готовы, будут появляться через определенный промежуток времени).
Не знаю, будет ли кому-то интересна эта информация, решил не прятать ее "в ящик".

Ниже представлены отрывки из развернутого комментария Хайнца Кохута, посвященного работе Самуэля Липтона "Функция аналитика в терапевтическом процессе". Комментарий был представлен на встрече Чикагского психоаналитического общества в октябре 1951 года.  Важно понимать, что это ранний Кохут, находящийся под влиянием теории интрапсихического конфликта.

Прежде всего этот текст интересен для меня клинически, но в нем есть и любопытные исторические моменты. Так, Кохут упоминает о "двух современных тенденциях в психоанализе", которые он условно обозначает как "психоз-ориентированную" и "невроз-ориентированную". Во время знакомства с их кратким описанием становится понятно, что речь идет о теории объектных отношений и эго-психологии. Также захватывает дух наблюдать за первыми осторожными шагами Кохута на пути построения собственной теории (поэтому мне всегда нравится читать произведения того или иного специалиста в хронологической последовательности, проходить вместе с ним этот путь).


"The Function of the Analyst in the Therapeutic Process" by Samuel D. Lipton
Discussion
Heinz Kohut


Существует сходство между формулировкой доктора Липтона и часто встречающимся утверждением, что аналитик является отчасти ученым, отчасти художником, или что он использует частично технику, частично интуицию.  "Аналитическая техника" относит нас к тому, что аналитик знает, в том время как "терапевтическая направленность" - к тому, чем аналитик является. Связь между этими двумя факторами может быть прояснена путем изучения отношения матери к своему ребенку.

На одном краю континуума существует мать, для которой все превращается в технику и процедуру, например, точный способ как именно укачивать и кормить ребенка. Очевидно, что поведение такой матери мотивировано бессознательной враждебностью, виной и компульсивным реактивным образованием.
На другом краю расположена идеальная не-амбивалентная мать. Если ее ребенок заболевает, и при этом есть возможность воспользоваться такими процедурами и техниками, которые не являются частью наивной материнской озабоченности, не-амбивалентная мать стремительно инкорпорирует эти техники и делает их частью своего общего чувственного отношения к ребенку.

Аналогичная связь также существует и в отношении аналитика к своему пациенту. Доктор Липтон, должно быть, имел ввиду именно это, когда заявлял: "Аналитик не действует как аналитик, он является аналитиком".

...

Формулировка доктора Липтона также связана с тезисом, что аналитик должен распределять свое внимание между интрапсихическими конфликтами пациента и нарушениями его способности к межличностным отношениям. Это предположение является производным от фрейдовской классификации психопатологических процессов в его работах "Неврозы и психозы" и "Потеря реальности при неврозах и психозах". Базовые принципы этой биполярной классификации в психопатологии хорошо известны: существует одна группа психопатологических феноменов - психоневрозы - где основным конфликтом является интрапсихический, а функционирование Эго в его отношениях с реальностью (включая межличностные отношения) нарушается лишь вторично и то, в ограниченном поле специфического конфликта. В другой группе, которую Фрейд в 1924 и 1925-х гг. называл психозами (позже он расширил эту категорию, выйдя за пределы группы клинических психозов, и говорил об "эго-модификациях"), межличностные дефекты, потеря реальности, изменения Эго имеют первостепенное значение, в то время как интрапсихический конфликт является вторичным по значимости.

Кроме традиционной фрейдовской биполярной ориентации в психопатологии в современном психоанализе существует две другие тенденции, которые можно обозначить как психоз-ориентированную и невроз-ориентированную.
Первая обращает внимание на всякие нарушения в межличностных отношениях пациента. Другая фокусируется в основном на интрапсихических конфликтах и рассматривает Эго преимущественно как рациональную силу, являющуюся посредником между противоположными внутренними устремлениями. В отличие от первой, она меньше озабочена архаическими и иррациональными элементами организации Эго и - в результате - дефектами в межличностных отношениях, когда в клинике они не выражаются психотически.

...

Он говорит о двух типах пациентов: "хороших" аналитических пациентах, чей перенос возникает спонтанно, и "пограничных" пациентах, которые сразу же становятся затоплены и перегружены своим переносом. В отношении его интерпретации касательно второй группы существует проблема. Является ли эта незамедлительная и сокрушительная реакция, которую переживают такие пациенты, действительно переносом?

Клинически эти пациенты характеризуются последовательной комбинацией большего дефекта Эго и интенсивным защитным вторичным нарциссизмом. Их непосредственный межличностный конфликт с аналитиком также отличается нарциссическим характером. Безусловно, никто не отрицает, что этот конфликт старый, что он является повторением, возрождением эмоционального отношения, у которого когда-то были своим первоначальные объекты и которое сейчас заново отыгрывается с новым объектом. Но в то же время, как всякий перенос является повторением, не всякое повторение является переносом.

...

Прежде всего термин перенос описывает тенденцию подавленного инфантильного влечения (которое привязано к старым объектам) обнаруживать новые объекты в своем поиске удовлетворения. Это приводит к компромиссным образованиям между подавленным и элементами дневного опыта, с чем мы знакомы по сновидениям и невротическим симптомам. Из того, что предоставляет нам нарцисический "пограничный" пациент, общее с переносом - это путаница между старым и новым объектом.
При этом существует принципиальная разница. При переносе элемент подавленного влечения находится в поиске удовлетворения. В случае же с "пограничным" пациентом травмированное нарциссическое Эго находится в поиске возвращения уверенности. Для такого пациента интерпретации неприемлемы; он их воспринимает и как критику, и как доказательство интереса со стороны аналитика. Пациент в каком-то смысле не любит аналитика, но нуждается в том, чтобы нравиться ему. Он реагирует на аналитика так, как реагирует на каждого значимого человека в своей нынешней жизни, потому что акцент всех его психологических маневров состоит в восстановлении или поддержании хрупкого баланса его самооценки; внимание нарциссически закреплено на самого себя, свое травмированное Эго, а не на объект.

Причина, по которой такие нарциссические маневры часто принимают за перенос, лежит в чрезмерно выпяченных элементах влечения (преимущественно прегенитального), особенно оральных потребностях. Но важно понимать: как функция Эго может стать либидинозной при неврозах переноса (например, при истерическом писчем спазме), также и влечения могут быть использованы для преимущественно нарциссических целей. Ведь мы признаем, что некоторые формы неистовой генитальной активности отнюдь не обязательно свидетельствуют о сильном генитальном влечении и могут совершаться прежде всего не для удовольствия, а для возвращения уверенности. Поэтому нет необходимости предполагать, что оральные потребности "пограничных пациентов" обязательно являются показателем сильных оральных влечений, стремящихся к удовольствию. В этом случае они скорее служат нарциссической цели возвращения уверенности, получении чего-то.

Терапия должна протекать в несколько этапов, которые теоретически и схематически можно представить следующим образом:

1) Преодоление того, что на старом психоаналитическом языке называлось "нарциссическим барьером", состоящим, со стороны пациента, в непрерывном повторяющемся тестировании личности аналитика, а с аналитической точки зрения - в изучении изменений Эго пациента, особенно если они приводят к неверному толкованию реальности, и, одновременно, участие аналитика в отношениях, которые позволяют пациенту отказаться от ошибочных ожиданий в отношении полномочий и намерений аналитика.

2) Постепенный сдвиг внимания от нарциссических межличностных маневров к лежащему в основе интрапсихическому конфликту, который обедняет, истощает Эго, и приводит вторично, в генетическом смысле, к его нарциссизму.

3) Повторное проигрывание интрапсихического конфликта в переносе и анализе.


...краткое схематическое резюме предыдущего рассуждения...

1) Перенос (в узком смысле, включая сопротивление переноса) является не межличностным феноменом, но в основном выражением интрапсихического конфликта. Генетически, это интрапсихический результат травматического межличностного опыта в младенчестве и раннем детстве. Топографически, однако, существует конфликт между Эго и Ид, который приводит к компромиссному образованию между подавленным и репрезентацией объекта в нынешней действительности - аналитика.
Другими словами, диссоциированное влечение забирает часть реальности, чтобы изобразить на ней старый объект, к которому оно остается привязано. Перенос в этом узком смысле не составляет реального отношения Эго с внешним миром. Это является той частью переноса, которая составляет предмет "терапевтической процедуры".

2) Другая, приемлемая часть переноса (рапорт с аналитиком; "терапевтический альянс" - А.Л.), существенно отличается от первой своей ассимилированностью в Эго. Это особый тип выбора объекта со стороны Эго. В словах Фрейда, это - "приобретенные в детстве" "клише, которые регулярно повторяются в течение жизни", отношения Эго с объектами в настоящее время. Генетически это, по-видимому, является следствием ранних нетравматических успешных межличностных отношений, которые ассимилировались в Эго и определяют выбор объекта у взрослого. Именно эта часть переноса совпадает с тем, что обычно называют реалистичный рапорт, и что доктор Липтон обозначает "терапевтической направленностью".

3) Нарциссический барьер "пограничных пациентов" не является переносом по причинам, изложенным ранее. Это не интрапсихический, но патологический межличностный феномен, т.е. попытка травмированного Эго вернуть уверенность из внешнего источника. Анализ Эго приводит к постепенной коррекции ошибочных межличностных ожиданий и к постепенному изменению в направлении к адаптированному к реальности альянсу с аналитиком. Пределы этого изменения определяются способностью пациента к рапорту (развитию приемлемой части переноса; "терапевтического альянса" - А.Л.), которая, кажется, зависит от опыта нетравматических или успешных межличностных отношений в младенчестве и раннем детстве. С заменой нарциссического барьера на рапорт пациент получает возможность позволить переносу проявиться и суметь выдержать его анализ.

Ссылка на источник:
"The Search for the Self: Volume 1: Selected Writings of Heinz Kohut 1950-1978"
by Heinz Kohut (Author), Paul Ornstein (Editor)


Приобрести книгу можно здесь.

Comments

( 3 comments — Leave a comment )
ursamama
Nov. 27th, 2014 05:12 pm (UTC)
Спасибо. Очень интересно. Будьте так добры, публикуйте.
lev_chuk
Nov. 27th, 2014 05:58 pm (UTC)
Спасибо!
Рад, что кому-то это интересно.
Дальше будет много публикаций (статьи, отрывки из книг, интересные письма, комментарии от ближайших последователей и т.д.).
ivmarill
Jan. 4th, 2017 09:03 am (UTC)
Большое спасибо, что делитесь материалами! Очень нужно прямо сейчас, ценно.
( 3 comments — Leave a comment )

Profile

lev_chuk
Александр Левчук

Latest Month

August 2018
S M T W T F S
   1234
567891011
12131415161718
19202122232425
262728293031 

Tags

Powered by LiveJournal.com